УДК 159.9.101, 159.964, 510.2, 530.145, 577.359, 577.38, 577.388

Букалов А.В.

e-mail: boukalov@gmail.com
Физическое отделение Международного института соционики
Журнал «Физика сознания и жизни, космология и астрофизика», номер 1, 2001 .

Психика, жизненные процессы и квантовая механика —
феноменологический подход

Закономерности функционирования правополушарного и левополушарного мышления могут быть описаны принципом дополнительности Н. Бора и законами квантовой механики. Это объясняет и ряд парадоксов метаматематики. Рассмотрено соответствие структуры психики и иерархии квантовых полей, их динамическая эволюция с нарушением исходных симметрий.1
Ключевые слова: психофизика, биофизика, физика сознания, квантовая механика, полушария мозга, дискретность, континуальность, метаматематика, генетика, мышление.

Оппозиция дискретность-континуальность известна давно и имеет фундаментальный характер. С ней, например, связан и вопрос о дискретном и континуальном характере функционирования левого и правого полушарий. При этом ответ на вопрос, почему в ходе эволюции у человека сформировалось два резко отличных по функции полушария мозга, не нашел своего удовлетворительного разрешения. Между тем ясное понимание этого вопроса лежит вне сферы собственно психологии или физиологии. Речь идет о физических механизмах мышления, выражающихся через психологические закономерности. Точнее, речь идет о физической сущности психики2. Для обоснования этого утверждения рассмотрим принципы функционирования правого и левого полушарий.

Прежде всего необходимо отметить, что асимметрия правого и левого в биологических структурах — фундаментальный закон, открытый Л. Пастером. Одна из таких асимметрий возникает в работе нервной системы, особенно у человека. Как известно, правое полушарие оперирует геометрическими образами, а левое полушарие — абстрактными символами. При этом пространственное восприятие правого полушария целостно, конкретно, вневременно; а левое полушарие оперирует символами в линейной последовательности в реальном пространстве-времени. При этом аналитико-синтетическое левое полушарие функционально дополнительно к эволюционно более древнему, образному правому полушарию, символы или слова дополняют образ; при творческом акте рождения мысленного представления о каком-либо предмете смутный образ предмета или понятия в воображении дополняется словесным описанием не представленных в воображении, невидимых характеристик предмета. Разумеется, возможны и крайние случаи — чисто-геометрическое и чисто абстрактно-слуховое восприятие и воображение, соответственно, правополушарное и левополушарное как вербально-образная дополнительность. Среди математиков3 как пример правополушарных можно назвать Б. Римана и Л. Брауэра — выдающихся геометров, среди левополушарных — К. Вейерштрасса, Дж. фон Неймана, обладавших строго логическим, алгебраическим мышлением. К математикам смешанного, синтетического или дополнительного мышления можно отнести Г. Вейля; сам Г. Вейль, имевший труды и по геометрии и по алгебре, отмечал, что ему никогда не удавалось состыковать работы по этим разделам математики.

Взаимоисключаемость принципов работы правого и левого полушарий неустранима и поэтому, в духе принципа дополнительности Н. Бора, будет рассматриваться далее как дополнительность физическая. С точки зрения физики это — выражение дополнительности между дискретным и непрерывным, между наблюдаемым веществом и геометрией его пространства, между корпускулярными и волновыми характеристиками квантовых объектов.

Рассматривая функционирование психики как макроквантовый феномен (на системном уровне), можно заключить, что в ней с необходимостью возникают все черты квантовых закономерностей, в том числе и фундаментальная дополнительность корпускулярного и волнового описаний. Об этом писали многие авторы: Н. Бор [5], Д. Бом [4], Р. Фейнман [24], И. Цехмистро [28], Э. Финкельштейн [25], Ф. Капра [12] и др. И доказательство проявления психикой квантовых свойств автоматически приводит к выделению в ней корпускулярной и волновой компонент, которые у человека можно рассматривать как дополнительность между рациональной и иррациональной компонентами психики. Поэтому выводы математической логики о том, что формальное описание объекта бессодержательно или содержательный объект неописуем формально, представляют собой крайние случаи принципа неопределенности для формального и семантического описаний математического объекта, подобно тому, как в квантовой механике при бесконечно точном измерении импульса координата у элементарной частицы не существует, и наоборот [7].

Эта дополнительность формы и семантики отражает соотношение вербального, логико-формального и невербального, интуитивно-смыслового мышления. Несовместимость и дополнительность формального и семантического описаний объектов, конструируемых разумом математика, и соответствующих форм мышления нашла свое отражение в споре между формалистическим и интуиционистским направлениями в основаниях математики. Представленное Д. Гильбертом формалистическое направление исходит из того, что доказательство свойств некоторого математического объекта определяет его существование; интуиционисты во главе с Л. Брауэром, развивавшим идеи А. Пуанкаре, заняли совершенно противоположную позицию: с точки зрения интуиционизма, мало указать на существование некоторого математического объекта, необходимо выполнить его конструктивное построение. Ниже будет показано, что это требование аналогично требованию оперировать только с наблюдаемыми величинами в ортодоксальной квантовой механике. С рассматриваемой точки зрения, основания математики в самой математике играют роль, аналогичную микрообъектам в физике; иными словами, границы мышления на системном макроуровне изоморфны границам измеримости в квантовой механике. Для доказательства этого утверждения рассмотрим основные идеи интуиционизма.

По Брауэру, первоисточник математической истины находится в изначальной человеческой интуиции относительно математических объектов; математика есть автономная и независимая от языка (точнее — символьного представления) деятельность [28]. Сущность этой деятельности состоит в производимых математиком актах мышления — мыслях, конструкциях интуитивных систем сущностей. Язык (символьный) вторичен и служит только для понимания в математическом общении, он возникает как словесная параллель математическому (добавим — любому!) мышлению, затем этот язык анализируется, и возникают формальные системы. Брауэр дал описание процесса математического творчества, который при сравнительном анализе оказывается аналогичным процессу измерения в квантовой механике. А именно, он выделил в процессе мышления математика два акта:

Процесс мысленного конструирования по Брауэру

Процесс измерения в квантовой механике по Гейзенбергу [1]

Первый из этих актов, выделяющий математику как внеязыковую деятельность, представляет собой интуитивную мысленную конструкцию различения во времени одной вещи от другой (или различение сознанием состояний во времени).

Каждое измерение состоит из двух актов. Первый акт состоит в том, что исследуемая система подвергается внешнему, физическому, изменяющему ход событий воздействию. Этот акт описывается с помощью уравнения Шредингера для всей системы, объединяющей исследуемый квантовый объект и прибор. В результате взаимодействия между прибором и объектом чистое состояние исследуемого объекта переходит в смесь чистых состояний этого объекта. Сознание наблюдателя — также прибор.

Второй акт — узнавание уже завершенной конструкции, если она повторяется. Это процесс вневременный, мгновенное (гештальт) узнавание.

Второй акт измерения, мгновенный, выбирает из бесконечно большого числа состояний смеси некоторое вполне определенное как действительно реализованное. Этот второй шаг представляет собой процесс, который сам не воздействует на ход событий, а только изменяет наше знание реальных соотношений.

В результате получается линейный ряд, и последовательность натуральных чисел появляется как продукт изначальной интуиции.

В результате измерений возникает линейный ряд, или матрица наблюдаемых величин, выражающихся числами.

Таким образом, результатом обоих процессов является линейный ряд чисел, выражающий наблюдаемые объекты. Оказывается возможным отождествить по содержанию и по форме процесс измерения в квантовой механике и акт появления в сознании новых объектов. Это утверждение согласуется и с положением квантовой механики о неразделимости объекта и прибора и относительности границ между ними [18].

Остановимся на втором акте измерения — спонтанном квантовом скачке. Интересно отметить, что идею о спонтанности актов творчества, их непредсказуемости и иррациональности выдвинул датский философ С. Кьеркегор. Его идеи о непредсказуемых скачках в сознании, разрывах непрерывности в творчестве оказали влияние на Н. Бора, который столкнулся с аналогичным положением в физике при попытке осмыслить критерий реальности существования квантовых объектов4. Выводы Н. Бора Д. Уилер резюмировал одной фразой: феномен не является физической реальностью до тех пор, пока он не был наблюдаем [5]. С Н. Бором спорил А. Эйнштейн: физическая реальность существует независимо от способа ее наблюдения [6].

Брауэр подверг критике принцип исключенного третьего в математике, как задолго до него сделали восточные философские школы. Для интуиции существует множество альтернатив, а не две, как в бинарной логике. Аналогично этому в квантовой механике при интерференционных явлениях для частицы при движении через две щели существует не две альтернативы классической механики, а бесконечное число альтернативных траекторий, т. е. реализуется квантовая логика, построенная фон Нейманом и выражающая и интуитивную логику. Брауэр указал на невозможность создания полностью формализованной математики. И в квантовой механике также невозможно полное описание характеристик объекта. Отражением этого является принцип неопределенности Гейзенберга, утверждающий, что существует принципиальная неточность измерения, препятствующая получению полной информации об объекте.

Таким образом, дополнительность правого и левого полушарий действительно выражает квантомеханическую дополнительность. Точнее, для отражения реального мира, его вещественных и корпускулярных, волновых и геометрических свойств необходима отражающая способность макроквантовой системы — психики. Этот вывод можно сформулировать в более общем виде: в любой системе, обладающей квантовыми свойствами, возникают структуры, аналогичные дополнительным, сопряженным величинам квантовой механики и обладающие аналогичными свойствами. (Вопрос о причине системной организации структур, воспроизводящих на макроуровне черты микроявлений, будет рассматриваться в другой работе.)

Как было показано выше, рождение мысли, ее осознание описывается как процесс измерения в квантовой механике. Поток сознания, описанный Дж. Джеймсом и А. Бергсоном [3, 11], легко сопоставить с описанием современной картины физического вакуума, состоящего из виртуальных квантов физических полей, частиц, возникающих и исчезающих полуреальных образований. И мысль, и частица здесь обладают и корпускулярными, и волновыми свойствами. Измерение или фиксация внимания на одной такой частице — мысли — выделяет ее из вакуумного континиума, она растет, тяжелеет, при этом, однако, утрачивая свои прежние черты, особенно при словесном выражении ("мысль изреченная есть ложь"5). При этом исчезает суперпозиция состояний частицы-мысли со всеми состояниями квантованного виртуального потока сознания, и выделяется некоторое состояние, являющееся одним из собственных состояний сознания, выступающего как прибор. Здесь проявляется селективность, или предрасположенность сознания, установка к выбору решения (это причина субъективизма); оказывается возможным ввести понятие волновой функции мозга, описывающей психику, Ψμ. Логические операции сознания, редуцируя волновую функцию психики, вызывают сжатие волнового пакета мысли, или ее фиксацию, ее сосредоточенность. Выделение одних аспектов мысли приводит к утрате других. В этом — трудность самонаблюдения — интроспекции. Поэтому, с эволюционной точки зрения, формально логическое абстрактное мышление в его полной развитой форме возникло у человека лишь тогда, когда это можно было себе позволить, т. к. логика, интеллектуальная деятельность редуцирует, тормозит работу мозга. Об этом писал еще А. Бергсон, указывая на мертвящее, тормозящее действие интеллекта по сравнению с интуицией [3].

Волновая функция психики представляет собой иерархию волновых функций квантовых полей смысла, т. е. иерархию семантических полей, различающихся группами симметрий, аналогично иерархии физических квантовых полей. По мере углубления в семантическую иерархию степень дифференциации смысла уменьшается, приходя к некоторому глубинному, первичному семантическому полю. Аналогично этому, иерархия физических полей (их различие) исчезает, превращаясь в единое поле (взаимодействие) при высоких энергиях. Такое планковское поле реально существовало в первые моменты рождения Вселенной при Большом Взрыве. Но и первичная семантика поведения и мышления ребенка появляется при его рождении — наследственность, импринтинг, научение и др. Симметрия первичного поля с течением времени нарушается, образуя иерархию полей. Равным образом, симметрия "первичного психического поля" нарушается в ходе развития детской психики и получения информации из внешнего мира. То есть психика животных от простейших до млекопитающих, до человека различается степенью и формой нарушения психических симметрий и т. п., материальным проводником которых являются нейронные структуры.

Движение мысли не прямолинейно, в своем движении она взаимодействует ассоциативным образом (или интерферирует) с другими мыслями (аналоги взаимодействия с вакуумными виртуальными частицами). При этом нельзя указать путь мысли к поставленной цели, траектория мысли запутана, изломана, "размазана" по всему ассоциативному пространству мыслей той же размерности. Это описание соответствует квантовой интерференции альтернатив, описываемой интегралом Фейнмана по траекториям.

Вербальные (корпускулярные) компоненты или феномены психики с необходимостью дискретны в отличие от целостности гештальт-образов, целостности психического акта, его неделимости и неразрывности. Это же утверждение о целостности и неделимости квантовых феноменов является центральным пунктом квантовой механики.

Таким образом, можно сказать, что признание мозга квантомеханической системой объясняет многие психические феномены и парадоксы. Вопрос о квантомеханических свойствах мозга можно рассматривать и с другой точки зрения. А именно, из признания голографических принципов работы мозга [8, 19] автоматически следуют все вышеперечисленные квантомеханические свойства: суперпозиция мыслительных и эмоциональных состояний, интерференция альтернативных амплитуд вероятности мысли или действия и т. д. В рассматриваемой интерпретации психическое бессознательное как ненаблюдаемая часть психики выступает как квантовый вакуум, но не бесструктурный, а обладающий иерархией симметрий квантовых полей, играющий роль вакуумного φ-поля. Этот вакуум с его "скрытой энергией" и является тем фоном, на котором развертываются психологические явления. И этот вакуум "нулевых колебаний квантовых психических полей" представляет собой иерархию бессознательного психического всех уровней, которым соответствует иерархия эволюционно более ранних и более поздних нервных образований6. Именно эти первичные структуры и образуют фундамент индивидуального бессознательного, ту его часть, которую З. Фрейд назвал "Оно" (как уровень психики, выражающий первичные биологические потребности)7. При этом З. Фрейд отметил недифференцированность, непротиворечивость самых различных стремлений, характеризующие этот слой психики. Но именно эти свойства отражают квантовый принцип суперпозиции состояний, о котором говорилось выше. Сознательное мышление, наблюдение за стремлениями, эмоциями редуцирует или уменьшает их. И наоборот, стремления и возникающие на их основе эмоции уменьшают величину компоненты рассудочной деятельности (например: потерял рассудок от горя или гнева), в полном соответствии с принципом неопределенности или дополнительности. Следует отметить, что З. Фрейд и в бессознательном выделил две компоненты: "Эрос" и "Танатос", которые оказываются также противоположными и дополнительными.

Таким образом, для любой части психики существует дуализм и этот дуализм имеет глубокое физическое обоснование. Поэтому основной тезис формулируется так: считается, что физическая Вселенная, ее законы, строение должны описываться из квантовых принципов (Д. Уилер и др.), что сейчас и делается (теории квантового рождения Вселенной [23]). Вся психика или ее значительная часть есть отражение Вселенной как действительности и, в некоторой степени, ее моделирование, т. е. воспроизведение. Таким образом, отражение явлений внешнего мира также подчиняется квантомеханическим закономерностям, воспроизводя законы природы. Поэтому принципы работы психики отражают не только явления действительности, но и законы, управляющие этими явлениями, и это отражение, в свою очередь, оказывается изоморфным фундаментальным физическим принципам. Тогда ответ на вопрос о причине возникновения и существования двух различных полушарий мозга формулируется следующим образом: необходимость отражения наблюдаемой действительности, дополнительной в своей основе, обусловила необходимость появления квантового моделирующего субстрата психического, использующего те же закономерности. На это прямо указывает голографический характер обработки информации в нейронных структурах мозга [8].

К вопросу о сущности психики можно подойти и другим путем, а именно, рассматривать психику как компоненту жизни, вернее, волновую компоненту динамической структуры живого организма. Феноменологически психику (по крайней мере, ее значительную часть), можно определить как совокупность степеней свобод и их симметрий, которыми обладают клетки (ДНК, РНК, белки в клетке), особенно нервные, включая динамические степени свобод нервных импульсов, из которых некоторые реализуются в процессе решения задачи выполнения какого-либо действия по поддержанию гомеостаза. Легко показать, что подобное представление, в соответствии с уравнением Шредингера для волновой функции, с учетом вышесказанного, эквивалентно законам психики с той разницей, что роль операторов как наблюдаемых играют алгоритмы. Они являются операторами, действующими на волновую функцию (вектор состояния) в фазовом пространстве степеней свободы.

^A | ψ1 > = | φ2>

Алгоритмический оператор ^А, связанный с рациональным левополушарным мышлением, и сопряженный ему геометрический оператор ^G, описывающий пространственно-временное, правополушарное, иррациональное восприятие, связаны с высшими психическими функциями, так как являются максимально наблюдаемыми и, соответственно, с редуцированной волновой функцией. При этом минимальное число степеней свободы психики реализуется либо в процессе чисто логического рассуждения (пример: дедуктивное доказательство теоремы по ограничивающим правилам логики), либо как бездумное, правополушарное, сенсорное, конкретное восприятие, следующее примеру или образцу поведения, раз и навсегда заданному, и не отклоняющееся от него. Максимальное число степеней свободы реализуется при эмоциональном поведении или интуитивном восприятии. При этом проявляются квантовые свойства операторов: принципиальная неточность наблюдения (осознания и понимания), реализуемой формы и воспринимаемой семантики образа, что и является причиной неудовлетворенности результатами своего труда крупных писателей, художников (у философов это называется стремлением к раскрытию внутренней экзистенции). С другой стороны, неудовлетворенность ученого логическими основаниями своей науки и стремление улучшить их становится мощным стимулом научного творчества, в силу неизбежно возникающей неточности полученных результатов. Поэтому и так называемый логический интеллект компьютера является крайне вырожденным случаем и относится к психике как классическая механика к квантовой. Ясно, что психика древних, глубинных структур мозга менее редуцирована, т. е. обладает большим числом степеней свободы. На уровне нервной клетки их число максимально, психическая компонента "диффузна, размыта и неразличима" с соответствующей недифференцированностью стремлений и потребностей. При этом ограничителем числа степеней свободы является специализация нейронных клеток (безусловный рефлекс). Возникает следующая эволюционная картина: специализация нейрона "канализирует" избыточные степени свободы, эффективно используя лишь их небольшую часть. Но количество нейронов растет по мере эволюции центральной нервной системы (ЦНС) и увеличения головного мозга. Тогда группы нейронов ЦНС дифференцируют диффузную психическую компоненту, и на высших уровнях психики появляется специализация психики до психического рефлекса. В начале эволюции возникает безусловный рефлекс на основе генетического аппарата (ДНК), а на более поздних этапах эволюции возникают язык и речь. Условный рефлекс — при специализации нейронного носителя, а в высших отделах мозга — психическая специализация, уменьшение количества степеней свобод, что порождает символьное мышление, сознание, речь при относительной неспециализированности, неразличимости нейронов, увеличении их степеней свобод в виде свободного образования новых межнейронных связей. И уже психический рефлекс управляет степенями свободы нейронов, их связей, а это и есть мышление, способное изменять программы поведения.

Рассмотрим теперь структурный подход в феноменологическом описании бессознательного психического. Когда речь заходит о бессознательном, зачастую непонятно, о каком бессознательном говорится. Об общем психическом бессознательном? О бессознательном правого полушария? Интуиции? Установке Узнадзе? О бессознательном творчестве, т. е. сверхсознании? О глубинном бессознательном по Фрейду? Архетипах Юнга? Или речь идет о нейрофизиологическом бессознательном? Сколько видов бессознательного! Между тем смешение этих видов приводит к путанице, когда у каждого исследователя свое понимание бессознательного [2]. Попробуем в этом разобраться.

Прежде всего, для правильного понимания понятия психического вообще и индивидуальной психики необходимо вернуться к элементарным ячейкам жизни — клеткам. Клетки обладают раздражимостью как одним из важнейших свойств живого вещества. В простейшей клетке происходятинформационные процессы, в которых ДНК играет роль информационно-регулирующей структуры, управляя биохимическими процессами, откликаясь на воздействие внешней среды путем поддержания внутреннего динамического равновесия (гомеостаза). При этом, по Анохину, осуществляется опережающее отражениевоздействий внешней среды. Интеграция этих свойств как динамики специфической информации в нервной системе составляет единую динамическую структуру, которой является жизнь. Очевидно, что эта структура по своей природе совпадает с первичным психическим. Каждому структурному уровню организации организма соответствует своя управляющая компонента, т. е. индивидуальное психическое возникает из основной функции жизни — управления потоками энергии и информации, проходящими через конкретный живой организм. В ходе эволюции происходила дифференциация управляющей компоненты на составляющие и выделение компоненты психического вместе с образованием нервных клеток и последующей дифференциацией нервной системы.

Таким образом, можно сказать, что индивидуальная психика как часть жизненной, динамической, синергетической организации в свою очередь является динамической структурой, выделившейся для контроля и управления межклеточными взаимодействиями внутри организма и обеспечения существования этого организма и его вида во внешней среде. Соответственно, дифференциация психикисопровождалась нарушением исходных симметрий жизненных процессов. В этом смысле индивидуальная психика является лишь частью общего психического континуума, в силу ограничения степеней свобод. Переход от клетки к организму и выделению нервных клеток привел к утрате индивидуальным психическим некоторых степеней свобод, однако компенсацией за это стала делокализация психического как функции управления и регулирования. В отличие от одной клетки, которая универсально, но локально решает задачу опережающего гомеостаза, появилась специализированная нервная структура. И это следующий этап развития психического. На первом же этапе задачи психики полностью подчинены задаче выживания и почти неотделимы от задач собственно жизненных процессов, функция прогнозирования (опережающего отражения) только начинает выделяться. Ясно, что этот первичный слой психики с его диффузностью и совокупностью инстинктивных влечений и является тем, что З. Фрейд назвал "Оно".

При дальнейшей дифференциации жизненной структуры психика оказывается динамической структурой внутренних симметрий, взаимодействий жизненных процессов, точнее структурой их контроля и управления. Это является прямым продолжением функций ДНК и РНК в ограниченном пространстве межклеточных взаимодействий. Чем же отличаются два уровня развития психического: внутриклеточный и межклеточный? Очевидно, лишь степенью нарушения симметрии, что приводит к возможности опережающего отражения и действия организма во все более увеличивающемся, расширяющемся мире. Расстояния в миллиметры для жизненного пространства бактерии с ее универсальной структурой в процессе эволюции вырастают в сотни километров для животных и космические расстояния для человеческой цивилизации. Таким образом, увеличение степени нарушения симметрий психического одновременно с уменьшением степени нарушения симметрий вещественного субстрата в виде универсализации нейронов приводит к увеличению "дальнодействия" психики, что хорошо видно на примере мышления человека. Поэтому степень нарушения симметрий в живом веществе положительно коррелирует с его развитием и увеличением пространственно-временных масштабов среды существования, а также овладением и управлением энергией во все больших масштабах. При этом в масштабе клетки обнаруживается неоднородность, гетерогенность органоидов при значительной однородности, недифференцированности индивидуального психического, которое можно определить как совокупность степеней свобод управляющего клеточного центра или ДНК, используемых для поддержания и регуляции жизненных процессов. Молекулярные управляющие сигналы в виде РНК задают систему функций организма путем управления синтезом белков, реализующих эти функции.

Симметрии степеней свобод структур клетки определяются взаимным расположением нуклеотидов ДНК, набор которых содержит информацию о синтезе белков. Изменения внешней среды, в конечном счете, активируют некоторые участки ДНК, что приводит к появлению управляющего сигнала в виде увеличения синтеза некоторых белков. ДНК содержит информацию, которую можно описать волновой функцией ΨДНК (распределение амплитуд вероятности появления или проявления некоторых участков ДНК, генов). Это выражается в вероятностях синтеза белков и, в конечном счете, в индивидуальной изменчивости отдельных особей вида. При этом дискретность степеней свобод (из которых проявляется лишь часть — смешанное состояние волновой функции) приводит к вероятностному проявлению свойств генотипа при скрещивании, что находит свое отражение в законах генетики, например, в законе Менделя. С точки зрения квантовых процессов, это не что иное, как аналог вероятности взаимодействий частиц при столкновениях (вероятность сечения, S-матрица и др.). Собственно индивидуальное психическое выражается через закодированную в ДНК совокупность существующих в белках степеней свобод, проявлениями которых являются биохимические процессы. То есть некоторому набору нуклеотидов ДНК соответствует набор аминокислот, образующих белок, но количество возможных степеней свобод аминокислот, их взаимодействий и комбинаций гораздо больше, чем это можно предположить. Этаситуация давно известна в кибернетике: для механизмов некоторой сложности (или систем) легче построить саму систему, чем указать все ее возможные функции или действия (фон Нейман8). Составные части системы при взаимодействии проявляют значительно большее число новых свойств, что для достаточно сложных систем приводит к невозможности их описания9.В таких случаях гораздо проще оказывается конструктивное перечисление (как в ДНК) составных элементов, что является символьным представлением системы. При этом несколько наблюдаемых степеней свобод элементов системы при реализации их системного взаимодействия связаны с множеством амплитуд вероятности, или интерферирующих волновых функций, описывающих совокупности степеней свобод белков. При этом, как в квантовой механике, белки, их волновые функции Ψ1…i, описывающие степени свободы, могут взаимодействовать, интерферировать как между собой, так и сами с собой (взаимодействие однородных белков, их суммарное, результирующее воздействие — "конкуренция белков", естественный отбор).

Необходимо отметить, что проявления значительного слоя первичной психики отражают все свойства жизни в их инстинктивном естественном проявлении. Поэтому говорить об иррациональности бессознательного — значит говорить об иррациональности жизненных процессов вообще. Ясно, что это ненаучный подход — отрицать или не принимать во внимание объективные процессы, порождением которых являются сами отрицающие. Но это уже означает отделение динамики первичного бессознательного от высших уровней психики. И неудивительно, ведь они различаются симметриями. Симметрия структуры сознания и предсознания беднее по сравнению с симметрией структуры бессознательного, т. к. степеней свобод гораздо меньше. Именно это обстоятельство и порождает непонимание жизненных процессов и первичных психических процессов, которые не укладываются в узкие догматические рамки обыденного консервативного сознания и мышления. К тому же левополушарные люди не принимают результатов, полученных правополушарными людьми интуитивно-образным путем. (Так, К. Вейерштрасс, преклоняясь перед гениальной проницательностью Б. Римана, жестко критиковал его за слабое обоснование полученных результатов). Справедливо и обратное (критика правополушарными философами — С. Кьеркьегор, Ж. Сартр — диалектического логического метода Г. Гегеля).

Другой пример: число степеней свободы динамики социальных процессов и их взаимодействие значительно превосходит возможности линейного обыденного понимания. Это отчетливо видно из попыток примитивного прямолинейного управления в тоталитарных режимах, подобных СССР, неизбежно заводящих в тупик.

Многие исследователи отмечали, что в высших проявлениях психики нет ничего такого, чего не содержалось бы в низших в "непроявленном" неразделенном состоянии. Далее, поднимаясь по ступеням бессознательного, мы находим дифференциацию этих стремлений и всё более увеличивающиеся ограничения, накладываемые на них. Жизнь как явление может быть представлена в виде некоторой динамической структуры взаимодействующих потоков энергии и информации. Таким образом, такая структура или динамическая система (с опережающим отражением) может быть рассмотрена как некоторый "кристалл" с соответствующими динамическими симметриями. Психика также является частью этого "динамического кристалла". Тогда развитие живого организма интерпретируется как рост этого "кристалла". При этом нарушаются исходные симметрии кристалла: кристалл порождает другие кристаллы в соответствующей среде (явление размножения), а также индуцирует симметрию своих граней в окружающую среду (аналог принципа Кюри — преобразование среды обитания).

Такое формальное представление жизненной и психической структур в виде симметрий динамического синергетического кристалла оказывается полезным при рассмотрении сущности и эволюции психических процессов. Каждый "кристалл" характеризуется конечной формой, размерами и определенными симметриями. Рост "кристалла" согласно генетической программе и образует характеристические симметрии, выраженные функциями белков. Нарушение симметрии в результате внешнего воздействия (деформации кристалла) приводит к тому, что кристалл начинает восстанавливать исходную форму, т. е. восстанавливать исходную "идеальную" симметрию (это можно отождествить с идеальным отражением). Уже здесь можно выделить стремление "кристалла" бессознательного психического как источника желаний (эрос — нарушение симметрий) и удовлетворения этих желаний или их прекращение (танатос — компенсация нарушения симметрий). То есть оказывается возможным выделить два противоположных по симметриям механизма бессознательного:

  1. Задание идеальных симметрий, потребности роста кристалла.
  2. Заполнение, восстановление этих симметрий (формы кристалла) до исходной (или до пределов возможного).

Это вполне соответствует представлениям Фрейда о двух началах в "Оно" — эросе и танатосе, если рассматривать положения Фрейда структурно. Описание возникновения моральных норм и сознания в "кристаллическом представлении" выглядит следующим образом. Если рассматривать совокупность "кристаллов", то, очевидно, что в "колонии" "кристаллов" при их совместном росте происходят деформация и задержка, искривление симметрий кристаллов, в результате начинается подгонка симметрий отдельных кристаллов; или симметрии, налагаемые внешней средой и окружением, обусловливают ограничения на форму кристалла (или деформация, редукция бессознательного по Фрейду). В результате происходит "подгонка" симметрий отдельного "кристалла", разграничение внутренних симметрий — бессознательного, внешних симметрий — сознания, а также их границы — предсознания или подсознания. При этом сознание возникает как отражение внешней среды с учетом собственной целостности обособленного противостояния среде. Совокупность симметрий кристалла образует некоторую меру (в математическом смысле). Предположим, что некоторая часть кристалла, например, одна из его граней (описываемая мерой с некоторой симметрией) разрушена или деформирована в результате внешнего воздействия при поступлении информационного сигнала. Воспринятая и тем самым воздействующая информация может быть представлена как величина нарушения симметрии на данной мере (или, что то же самое, нарушается динамическое равновесие живого гомеостата). И кристалл, и гомеостат будут стремиться скомпенсировать нарушение динамического равновесия. При этом возможны такие варианты:

  1. За счет опережающего отражения опасности разрушения внутреннего динамического равновесия, для сохранения симметрии возможно:
    а) бегство от источника опасности;
    б) уничтожение угрозы.
  2. Переход к более дифференцированному поведению, т. е. восстановление симметрий кристалла в прежнем или другом виде, т. е. надстройка, образование новых симметрий (равнозначных) для компенсации первичных симметрий.

В результате жизнедеятельности происходит постоянное нарушение исходных симметрий (или динамического равновесия) организма со средой. При этом прежде всего нарушаются "нижние", исходные симметрии бессознательного — возникают первичные инстинктивные потребности и стремления, причем неограниченные, характеризующиеся высокой степенью симметрии. Нарушение этих симметрий приводит к уменьшению степени симметрии динамической структуры психики и, соответственно, ограничению инстинктивных стремлений. Так среда накладывает свои ограничения, вызывая нарушение симметрий. Таким образом, потребности либо удовлетворяются сразу, либо происходит перестройка симметрий структуры к менее общим и удовлетворение соответствия все более усложняющейся среды с нарушающейся симметрией "кристалла". Компенсация заключается в восстановлении симметрий на всех уровнях вплоть до социального. Происходит проекция симметрий глубинной бессознательной психики на социальные, нарушенные симметрии и восстановление их в таком "ослабленном" виде. Это можно интерпретировать как сублимацию по З. Фрейду, а также как феномены культуры, в том числе религиозные, включающие в себя обряды, ритуалы, праздники и др. В силу обратной связи, именно таким образом сознание играет компенсаторную роль по отношению к бессознательному. Это, например, компенсаторная роль искусства по З. Фрейду, а в более общем случае — компенсация сознанием бессознательного по К. Г. Юнгу [29].

Следует отметить, что в силу нарушенности симметрий сознания по отношению к симметриям бессознательного, ряд или набор представлений, различных для сознания, неразличим, эквивалентен для бессознательного. Они могут представлять собой одну и ту же структуру бессознательного на пространстве символов, реализуемых сознанием. Эти символы являются переменными, но выражают одно и то же отношение, "прикрытое" их воспринимаемой оболочкой. Пример — символика снов по З. Фрейду, К. Г. Юнгу и др.: различие в истолковании снов неизбежно, так как в создании сна принимают участие все слои психики от низших до высших, образуя проекционный ряд структур симметрий сна, соответствующих друг другу. Поэтому каждый исследователь или психоаналитик выбирал для истолкования одно представление из иерархии10. Структуралистский анализ обнаружил структурную изоморфность как волшебных сказок (В. Пропп [20]), так и мифов (К. Леви-Стросс [13]), и малое число элементов глубинных структур. Комбинации этих элементов и образуют кажущееся многообразие сказок и мифов (не считая разнообразия декораций, "оболочки"). Это сравнимо с генетической структурой, "прикрытой белковой оболочкой". Таким образом, восстановление симметрии бессознательного приводит к асимметрии сознания (главенствующая роль сознания при уравновешенности бессознательного).

Справедливо и обратное: восстановление симметрии сознания, т. е. его сужение или исчезновение при нарушении симметрии бессознательного. Таким образом, структуры сознательной и бессознательной части психики антисимметричны. Ясно, что при этом общая симметрия психики приблизительно постоянна, что обеспечивает компенсацию одних форм психических процессов за счет других. Этот закон сохранения симметрий отражен в структуре системы функций информационного метаболизма в соционике, в развитии идей К. Юнга [29].

Продолжая аналогию, можно говорить о "веществе сознания", погруженном в пространство, вакуум бессознательного, находящемся в динамическом равновесии с ним и "движущемся" в этом пространстве по его геодезическим. Имеет место эквивалентность описания: либо иерархия квантовых — семантических — полей вакуума, либо сложнейшая неевклидова геометрия пространства движения сознания. Это порождает кажущуюся запутанность, непоследовательность поступков человека, их нелинейность.

То, что сознание человека и социума движется в этом психическом пространстве, стремясь к равновесию с семантической иерархией бессознательного, свидетельствует, что сознание, язык, речь несут "отпечаток" симметрий бессознательного. На это четко указывают исследования мифов, тотемизма, обрядов инициации, психических расстройств11. С другой стороны, многими исследователями отмечено удивительное сходство генетического и языкового кодов, т. е. структура языка удивительным образом совпадает со структурой генетического кода. Это указывает на возможность восприятия интуицией информации о структуре психического бессознательного на элементарном клеточном уровне (ДНК и т.д.), о влиянии симметрии этой структуры на содержание сознания через симметрию языка. Здесь можно вспомнить Н. Я. Марра, который интуитивно выделил 4 праэлемента человеческого языка, что полностью аналогично языку генетическому, состоящему из 4 кодонов (см. также [9]). Вероятно это было следствием архетипического видения. При этом архетип задавался, вероятно, психической компонентой ДНК12.

Выше говорилось о взаимокомпенсации сознания и бессознательного. Задача для бессознательного означает нарушение симметрий. Эта задача ставится либо внешней информацией, либо внутренней. Передача сознанием задачи (или нарушенной, выделенной симметрии) бессознательного приводит к восстановлению симметрии сознания (фиксация внимания на данной задаче исчезает — информация исчезает из сознания). При этом возникает асимметрия бессознательного, описывающаяся некоторой мерой на пространстве симметрий задачи. Компенсация этой асимметрии в бессознательном приводит к выработке соответствующей симметричной структуры с отрицательным знаком. Таким образом устраняется асимметрия бессознательного. Однако в силу закона сохранения симметрий или сохранения внутренней информации асимметрия возникает в сознании или мышечном действии, а это и есть решение, осознанное или выполненное. Нетрудно заметить, что эта модель описывает работу творческой части бессознательного — сверхсознания (по терминологии П. В. Симонова [22]) и механизм творческого озарения — инсайт.

Восстановление симметрии бессознательного происходит и в случае задания разрывной, неполной меры (т. е. при поступлении в мозг неполной информации). Это типичный случай. Решение же должно быть целостным, поэтому "разрывы" заполняются оптимально подходящими симметриями. Эти симметрии либо извлекаются из памяти13, либо (у творческих личностей) "синтезируются" в первый раз. При этом в бессознательном происходит перебор вариантов и естественный отбор вариантов решения, наиболее полно восстанавливающих асимметрию. Так рождается новая информация — идеи, образы, поступки. Мера нарушенных симметрий выступает как фильтр, пропускающий самые оптимальные решения (конструкции симметрий психических образований). Этот психический процесс полностью аналогичен биологическому процессу естественного отбора в природе. В этом нет ничего удивительного, т. к. оба они — компоненты жизненного процесса. Различие состоит в том, что в природе фильтром и его симметриями является внешняя реальная среда, а в мозгу — ее опережающее внутреннее отражение. Отсюда нетрудно заметить, что мера нарушения или восстановления симметрий как отдельный "канал" информации выражает собой не что иное, как психологическую установку, типа установки Узнадзе. Эта установка работает как фильтр [16]. Установка выражает готовность к совершению определенного действия (после опережающего восстановления симметрии). Поэтому установку можно рассматривать как метрику пространства движения, с реализацией конкретного психического действия.

 

Литература:

  1. Ахнезер А. И., Пелетнинский С. В. Методы статистической физики. — М.: Наука. – 1977. — 368 с.
  2. Бессознательное. Т.IV. — Тбилиси: Мецниереба. — 1985. — 464 с.
  3. Бергсон А. Собрание сочинений. Т.1–5. — СПб. — 1913–1914.
  4. Бом Д. Квантовая теория. — М.: Гос. издат. физ.-мат. лит. — 1961. — 728 с.
  5. Бор Н. Атомы и человеческое познание. Избранные научные труды. Т. 2. — М.: Наука. — 1971.
  6. Бор Н. Дискуссии с Эйнштейном по проблемам теории познания в атомной физике. — Там же.
  7. Букалов А. В. Мышление и квантовая физика: теоремы Геделя, Тарского и принцип неопределенности. //Физика сознания и жизни… — В печати.
  8. Букалов А. В. Голографическая модель ФИМ и ее связь с полушариями головного мозга. //Соционика, ментология и психология личности. — 2001. — № 3.
  9. Гамкрелидзе Т. В. Бессознательное и проблема структурного изоморфизма между лингвистическими и генетическими кодами. /В кн. Бессознательное. Т.IV. — Тбилиси: Мецниереба. — 1985..
  10. Grof S. Realms of the human unconscious: Observations from LSD research. — N.Y. — 1976. — 257 p.
    Перевод: Гроф С. Области человеческого бессознательного. — М., Всесоюзный центр переводов научно-технической документации и литературы. 1980.
  11. Джеймс Дж. Психология. — СПб. — 1911.
  12. Капра Ф. Дао физики. — СПб.: Орис. — 1994.
  13. Levi-Strauss C. Mythologiques. T. 1–4. — Paris: Plon. — 1964–1971.
  14. Либерман Е. А. Молекулярные квантовые компьютеры. //Биофизика. — 1989. —№ 5
  15. Линде А. Д. Физика элементарных частиц и инфляционная космология. — М.: Наука. — 1990.
  16. Налимов В. В., Драгалина Ж. А. Как возможно построение бессознательного. /В кн. Бессознательное. Т.IV. — Тбилиси: Мецниереба. — 1985.— С. 185.
  17. фон Нейман Дж. Теория самовоспроизводящихся автоматов. — М.: Мир. — 1981. — 382 с.
  18. фон Нейман Дж. Математические основы квантовой механики. — М.: Наука. — 1964. — 368 с.
  19. Прибрам К. Языки мозга. — М.: Прогресс. — 1975.
  20. Пропп В. Я. Исторические корни волшебной сказки. — Л.: ЛГУ. — 1986.
  21. Пуанкаре А. О науке. — М.: Наука. – 1983.
  22. Симонов П. В. О двух разновидностях неосознаваемого психического: под- и сверхсознание. /В кн. Бессознательное. Т.IV. — Тбилиси: Мецниереба. — 1985.— С. 149.
  23. Уилер Д. Квант и Вселенная. /В сб. Астрофизика. Кванты и теория относительности. — М.: Мир. — 1982.
  24. Фейнман Р., Лейтон Р., Сэндс М. Фейнмановские лекции по физике. Т.1–9. — М.: Мир. — 1967.
  25. Финкельштейн Э. Б. Проблемы бессознательного и фундаментальные принципы физики. /В кн. Бессознательное. Т.IV. — Тбилиси: Мецниереба. — 1985.— С. 341.
  26. Фрейд З. Лекции по введению в психоанализ. Т. 1–2. — М. – 1923.
  27. Френкель А., Бар-Хилел И. Основания теории множеств. — М.: Мир. — 1966.
  28. Цэхмистро И. З. Поиски квантовой концепции физических оснований сознания. — Харьков.: Вища школа. — 1981.
  29. Юнг К. Г. Избранные труды по аналитической психологии. Т. 1–4. — Цюрих. — 1929–1939.



[1] Работа 1987 г. Публикуется впервые.

 Назад

[2] Подчеркнем, что мы рассматриваем с физической точки зрения только феноменологическую сторону психических процессов.

 Назад

[3] В качестве примера мы рассматриваем математическое мышление.

 Назад

[4] Работы Дж. Джеймса по психологии [11] также оказали большое влияние на формулирование Н. Бором принципа дополнительности.

 Назад

[5] Ф. И. Тютчев

 Назад

[6] Законы квантовой механики совпадают с законами бессознательного. Р. Фейнман неоднократно повторял, что никто не понимает квантовой механики. Чтобы понять квантовую механику, необходимо понять бессознательное, а это невозможно сделать, находясь в обычном состоянии сознания, которое оперирует образами макроскопического классического мира.

 Назад

[7] При этом архетипы К. Г. Юнга, отражающие структурирование бессознательного, соответствуют симметриям квантовых полей.

 Назад

[8] Это утверждение следует из теоремы Геделя.

 Назад

[9] С этой точки зрения легко объяснить факт существенного отличия человека от мыши или банана при том, что количество генов человека, составляющее N1 = 35 000, незначительно отличается от количества генов мыши (N2 = 25 000). Это связано, например, с тем, что количество возможных состояний генетической системы Wчел = N1!=35 000! намного больше, чем Wмышь = N2!=25 000!.

 Назад

[10] Так З. Фрейд говорил о сексуальных символах индивидуального бессознательного [26], а К. Г. Юнг оперировал архетипами коллективного бессознательного [29].

 Назад

[11] Так, например, мифы чаще всего отражают структуру бессознательного, как трансперсональную, так и родовую, и обряд инициации (второе рождение) ни что иное, как воспроизведение перинатальных переживаний с целью уменьшения влияния родовой травмы. Все это направлено на гармонизацию психики индивидуума.

 Назад

[12] Не с этим ли связано удивительное сходство и человеческого и генетического языков? Тогда второй возникает как архетипическая бессознательная проекция первого.

 Назад

[13] При этом может использоваться и трансперсональная сфера бессознательного — архетипы, родовая память и др. [10, 29].

 Назад

Статья поступила в редакцию 15.12.1995
дополнена 02.03.2001.

Bukalov A.V.

Psychics, living processes and quantum mechanics — a phenomenological approach

Complementarity (according to N. Bohr) and the laws of quantum mechanics can describe the functional regularities of thinking of right and left cerebral hemispheres. It also explains a number of the metamathematics’ paradoxes. There is considered the accordance between psychic structure and hierarchy of the quantum fields, their dynamic evolution with violation of the initial symmetries.

Keywords: psychophysics, biophysics, physics of consciousness, quantum mechanics, cerebral hemispheres, metamathematics, genetics, thinking.



Институт соционики | О журнале

 


Copyright © 2001-2012 Международный институт соционики
Оформление: Ольга Карпенко